Ключевой сдвиг зафиксирован в нефтегазовом и энергетическом секторах: здесь цифровизация стала частью операционной стратегии, а не пилотной инициативой. В ADNOC, например, центр управления Thamama уже сгенерировал $1,1 млрд операционной ценности, а месторождение SARB нарастило добычу на 25% – до 140 тыс. баррелей в сутки – за счет внедрения ИИ-управления скважинами. В энергетике DEWA разворачивает систему «виртуального инженера» на базе ИИ, которая к июню 2026 года должна перейти в режим автономного мониторинга и прогнозирования сбоев.
Для рынка это означает, что фокус смещается с выбора технологий на их интеграцию в действующие производственные контуры без остановки процессов. Основная сложность сейчас – не доступ к решениям, а их стыковка с унаследованными системами (legacy) и обеспечение кибербезопасности конвергентных ИТ/ОТ-сред. После инцидентов в Ормузском проливе в марте-апреле 2026 года требования к устойчивости инфраструктуры ужесточились: цифровизация перешла из категории «желательно» в «обязательно», особенно в части видимости цепочек поставок и резервирования критических узлов.
«Рынок перестал спрашивать “зачем внедрять” и задается вопросом, “как масштабировать без потери устойчивости”, – отмечает Антон Салин, руководитель развития продаж департамента решений по цифровой трансформации ГК Softline. – Это меняет архитектуру закупок: приоритет получают не отдельные модули, а платформы с открытой интеграцией и локальным хостингом данных».
К 2030 году объем рынка промышленной цифровизации в ОАЭ, по оценкам, достигнет $3,29–15 млрд в зависимости от методики расчета. Основной рост обеспечат сегменты ИИ и аналитики (CAGR 28,5%), а также облачные и гибридные архитектуры (24,9%). При этом 42% организаций в стране уже классифицируются как «лидеры в области ИИ», что сопоставимо с глобальными показателями и выше среднего по странам Персидского залива.
Следующий этап – стандартизация подходов: обязательная оценка цифровой зрелости по индексу ITTI, привязка баллов к доступу к льготному финансированию и формирование пула «маяковых» производств (цель – 100 заводов к 2030 году по программе Transform 4.0). Успех этой фазы определит, сможет ли рынок перейти к самоподдерживающемуся росту без постоянного административного стимулирования.
